Всегда ли пили на Руси?

               Всегда ли пили на Руси?

       У нас принято считать, что якобы на Руси пили всегда во все времена. Так ли это на самом деле?  Не иначе ли обстоит дело? Ведь те, кто постарше ещё помнят времена, когда пьянство носило единичный характер, спиртное приобреталось и употреблялось лишь в исключительных случаях, женщины в основной своей массе  были трезвыми и некурящими, а те что курили, стыдились появляться с сигаретой в общественных местах, не говоря уж об алкогольном опьянении – ещё вчера такой позор для русской женщины был просто немыслим. Да и не так давно позабытая старинная русская пословица «жить припеваючи» о чём-то говорит….

       Так всегда ли процветало у нас потребление спиртного? Давайте вспомним историю, подумаем трезво над этим столь немаловажным для сегодняшнего дня вопросом.

       В давние времена изготовление спиртного носило очень ограниченный характер и употребление его было большой редкостью, о чём свидетельствует книга  историка В.В. Похлёбкина «История  водки», где добросовестный учёный исследовал вопрос появления и употребления спиртного на Руси:

«Изначальными, первыми по времени и доминирующими в течение всего периода Древней Руси (IX – XIV вв.), являются алкогольные напитки, сырьём для которых служили дары природы: берёзовый сок, виноград, мёд. Среди них виноград и произведённое из него вино были целиком иностранного происхождения, и употребляли это вино только в высших социальных слоях феодального общества или в ритуальных (религиозных) целях».

    Здесь видимо необходимо уточнение: виноград в Древней Руси мог быть только в её южном владении – Тьмутаракани, располагавшейся на территории сегодняшнего Краснодарского края. Много ли можно было тогда вырастить винограда и произвести из него вина? Какие возможности транспортировки вина с юга в глубины России  существовали в те времена? Ответ очевиден: условия тех времён были таковы, что  вино  было тогда доступным лишь для таинств Церкви, а его бытовое  употребление было возможно лишь  князьям, да и то изредка и в небольшом количестве.

     А много ли можно было тогда произвести спиртного из мёда, если и сам-то мёд можно было получать лишь естественным путём, без подкормки пчёл сахарным сиропчиком, как это делается теперь? И здесь ответ очевиден: медовуха в те давние времена была доступна лишь знати, и  так же в очень ограниченном количестве. Остальному народу приходилось в первую очередь спасаться от голодной смерти: наши природно-климатические условия, урожайность почв и имеющиеся в те времена сельскохозяйственные культуры  не позволяли  использовать получаемое продовольствие для производства спиртного.

    Оставался ещё берёзовый, а в западных и юго-западных окраинах Руси – более сахаристый, кленовый, сок. Собираются эти соки лишь весной, до появления первых листьев, после чего  интенсивное сокодвижение  прекращается и дальнейший  сбор становится невозможным. Стало быть, и использование соков было опять-таки жёстко ограничено. Сам по себе берёзовый сок содержит незначительные количества углеводов пригодных для питания микроорганизмов, выделяющих затем  спирт как отход жизнедеятельности, но тем не менее кое-что вроде бы удавалось из берёзового сока получать. Вот что сообщает об этом В.В. Похлёбкин в «История водки»:

«…..самопроизвольное закисание и сбраживание берёзового или кленового (в Белоруссии, Волыни, Полоцкой Руси) сока – давал неочищенную, засоренную кислотами, близкую к уксусу, но дурманящую брагу. Этот способ получил развитие, когда вместо берёзового сока стали использовать зерно или чаще всего муку, разводя её в воде и давая ей закиснуть либо естественно, либо при помощи стимуляторов в виде солода, дрожжей, прокисшего теста от хлебов. Так появился квас. Поскольку этот напиток был первоначально заменой березовицы в зимнее время, то его готовили один раз в год, а именно 1 марта, то есть на Новый год (до 1492 г. Новый год начинался с 1 марта)».

(В.В. Похлёбкин. «История водки»).

    Таким образом, малая доступность, ограниченность распространения   спиртного в древней Руси, использование привозного вина лишь в таинствах Церкви не позволяло проявиться наркотическим и ядовитым свойствам алкоголя вследствие очень малого его потребления. Русь в большинстве своём была трезвой, производство и потребление спиртного основной частью народа долгое время было невозможным в силу особенностей жизненных условий того времени. Но постепенно, с развитием сельского хозяйства, транспорта и торговли алкоголь превратился в средство получения удовольствия, в средство коммерции и политики.  Рост производства и потребления алкоголя, увеличение его доступности выявило и опасные свойства спиртного: стали проявляться беды и несчастья приносимые его употреблением. Всё это привело к тому, что сознание народа не замутнённое в те времена ложью о всегдашнем русском пьянстве, воспротивилось спаиванию: во второй половине 19-го века в России начинаются первые трезвенные движения, завершившиеся к 1914 году принятием сухого закона. Да, уважаемый читатель, был в истории нашего отечества такой малоизвестный ныне факт: обеспокоенная ростом потребления алкоголя и влекомыми им последствиями, лучшая часть русского народа предложила императору решительные меры против алкоголизации, что и было в конце концов сделано.

     К сегодняшнему дню, когда деньги и удовольствия объявлены главной жизненной целью человека,   потребление спиртного стало угрозой национальной безопасности, вопросом нашего выживания. Но как и любой другой процесс, алкоголизация, или проще говоря – спаивание, — требует своего идеологического обеспечения. Таковым, в частности, является и повторяемым многими «постулат», что  якобы наш народ всегда пил, пьёт и будет пить. Такое убеждение умышленно поддерживается огромным количеством це­ленаправленно созданного «народного» творчества: это и песни, и кино­фильмы, и  множество других произведений. Все они рисуют яркие карти­ны непрестанного употребления алкоголя нашими предками, выставляют наш народ вечно пьющим, гулящим и гордящимся своими пьяными «традициями».

   Картины эти, завуалированные юмористическим жанром повествова­ния, настолько прочно укоренились в народном сознании, что очень редко ко­му-то приходит в голову мысль проверить эту «истину». Но даже беглый взгляд показывает абсолютную невозможность упорно вбиваемой нам в сознание картины повального пьянства, якобы  всегда имевшего место в нашей стране.

   На самом деле возраст пьяной «традиции» — не более двух-трёх сто­летий. Объёмы потребления алкоголя до сухого закона 1914 года никогда не превышали 4-5 литров на душу населения в год, но даже такой уровень потребления породил в конце концов массовый протест окончившийся уже упомянутым выше сухим законом. Обращение  же к истории славянских народов до XVI века показывает полное отсутствие, даже  следов массового потребления алкогольных изделий. Трезвость являлась национальной чертой нашего народа.

 Сегодня же, «благодаря» искусно проведённой пропаганде, население страны действительно становится таким, каким его десятилетиями старались обрисовать недоброжелатели: мы пьём около 20 литров абсолютного спирта в год… К сожалению, всё самое скверное и пагубное гораздо быстрее, чем что-нибудь хорошее, переносится с рекламных щитов и телеэкранов в нашу ре­альную жизнь.

      Если даже и допустить, что алкоголь в России всегда потреблялся так, как это происходит в наши дни, то нас с вами, дорогие читатели, просто не появилось бы на этом свете….