Все пьют! Все ли?


Все кругом пьют…

    Путь из алкогольного рабства  к свободе загромождают некоторые  обманы восприятия, искажающие  действительность. Речь идёт не о видениях, а о более тонких, и потому малозаметных со стороны, не осознаваемых самим пьющим, нарушениях. Одно из них – так называемая алкогольная «призма»,  другим же является впечатление, будто все вокруг тоже пьют,  как и он сам. Это ложное мнение порождается алкогольной программой, пытающейся таким образом заглушить голос совести и оправдать свои требования. Сюда подмешивается и уязвлённое самолюбие, растревоженное неизбежным унижением личного достоинства, которым любой пьющий расплачивается за исполнение требований алкогольной программы. Он успокаивает себя тем, что «все вокруг тоже бухают», тем самым подразумевая собственную невиновность. Самоуспокоение такого рода подогревается бытующими в нашем обществе ложными представлениями,  в частности, пониманием, кто такой непьющий.  На самом деле под этим словом обычно подразумевается культурное употребление алкоголя, вроде:

 — У нас непьющая семья, но бокал с шампанским мы на Новый год поднимаем.

  На самом деле речь идёт о пьющей семье, в которой алкоголь употребляется  один раз в год. Пусть раз в год, но ведь это – выпивка, и говорить  здесь об исключении алкоголя уже не приходится, поскольку  употребление спиртного  имеет в данном случае совершенно определённое место.  Вид спиртного, его количество, частота употребления,   обстановка в которой это происходит, последствия употребления  и прочие сопутствующие обстоятельства в данном случае не играют никакой роли, поскольку вопрос уже решён в принципе:  алкоголизация признана допустимой, и считать такую семью непьющей никак нельзя.

   Подобных примеров можно привести великое множество, и  под их влиянием в подсознании складывается понятие непьющего как культурно употребляющего спиртное, то есть происходит неверное смысловое наполнение слова «непьющий». Это заблуждение распахивает врата души навстречу  алкогольной идее,  уверенно вступающей в свои ложные права над рассудком. Она не даёт  пьющему разобраться в происходящем, отчего он старается явно и тайно представить себя таким же вот «непьющим».  Данное искажение в конечном счёте рано или поздно выливается в очередное самоотравление алкоголем со всеми вытекающими отсюда последствиями. Для правильного же понимания слово «непьющий» следует заменить на «свободный  и трезвый»

Далее приведём примеры из переписки:

— Ну не скажи. «Колёсами» баловался очень ограниченный круг лиц.

— Да, в СССР были и наркоманы и проститутки, но эти явления носили изолированный характер. Сам факт того, что барбитураты, транквилизаторы и прочие психоактивные вещества были более доступны, говорит о том, что они были и менее употребляемы. Советская власть к наркотикам была крайне нетерпима, воспитывала к ним такое же нетерпимое отношение, за что большое ей спасибо!

   Конечно, ты можешь вполне искренне считать, что в советские годы граждане хавали «химию» на каждом углу — это издержки твоего профессионального мировосприятия, понимаю тебя и не спорю. Есть такой интересный обман восприятия: возвращающийся с работы хирург невольно отыскивает у случайных встречных внешние признаки болезней его профиля,  полицейский склонен подозревать всех окружающих в каких-либо нарушениях, или он видит рядом с собой вышестоящих чинов в штатском. Нарколог полагает, что почти все встречные-поперечные так или иначе поражены зависимостями и т.д. Но я как рабочий говорю тебе с полной ответственностью: в рабочей среде до сих пор, не говоря уж о советском периоде, «колёса», а тем паче ширево, популярностью не пользуются. Если после смены ты предложишь сходить «по пиву» или «по стакану», это не вызовет удивления, но если предложишь «ширнуться», «поторчать» – тебя, мягко скажем, не поймут, а в советские годы от тебя шарахались бы как от прокажённого. Так же и пьющему кажется, что все вокруг бухают…